Энди вновь повторяет приглашение остаться, однако ты тверд. Ты нормально себя чувствуешь, говоришь ты им, и опять же — нельзя ведь бросить Сандру.

— Нам совсем не трудно… — начинает Хелен.

— Нет, — прерываешь ты ее и улыбаешься. — Ничего.

Потом, чтобы решить все разом, встаешь и выпиваешь немного вина. Чудо вот-вот произойдет.

Ты почувствовал, как дрожит Сандра, когда подсел к ней на кровать. Ей было восемнадцать, первокурсница, как она сказала. В ее маленькую комнатку с фотографией родителей, постером с Марком Воланом и плюшевым мишкой, прислоненным к подушке, ты принес смерть отца. Ты сделал из нее гостя в собственной комнате. Она продолжала сидеть на краешке кровати, положив голову на твое плечо. Ты успокаивал ее, говоря что-то нежным голосом, поглаживая волосы, потом щеку. Постепенно ты поворачивал ее лицо вверх. Она закрыла глаза. Ты хотел ее поцеловать. Ее щека была мокрой. Ты поцеловал эту теплую влажность, слегка касаясь ее языком и чувствуя солоноватый привкус кожи. И ощущая начало эрекции.

Музыка грохочет почти внутри тебя — бум-бум, — пока ты идешь через кухню в сторону стола с бумажными стаканчиками. Ты знаешь, что не пьян. Тебе только что сообщили, что умер твой отец. Помещение устойчиво, твой ум совершенно ясен. Ты ищешь глазами Сандру — она стоит у плиты, одна. Ты берешь два стаканчика и двигаешься в ее сторону. По выражению ее лица ты понимаешь, что ей уже сказали о том, что случилось.

— Сейчас выпьем и пойдем, — говоришь ты. Она не отвечает, смотрит на тебя неуверенно.

— Не волнуйся, я отведу тебя домой, — добавляешь ты.

В кухне еще несколько человек, но никто больше к тебе не обращается. Похоже, все смущены — чем скорее ты уйдешь, тем лучше. Ты бросаешь взгляд на Сандру. Потом поднимаешь стаканчик, не отдавая себе отчета в том, какое чудо сейчас случится.